Category: спорт

Category was added automatically. Read all entries about "спорт".

snegovik

Обещанный дыбр

Наша зима в этом году была зимее всех зимых. Хермон завалило снегом, и Томас потребовал лыжную компенсацию за невзятие его в Болгарию. Пришлось в один прекрасный очень сумрачный, очень зимний день взять отпуск, погрузить в багажник Томаса с приятелем и в шесть часов утра рулить на Хермон. Зима гналась за нами по пятам, мы ехали сквозь весь необъятный Израиль, покрытый желейным дождем и сметанным туманом, и я сама не знала, куда и зачем я еду, потому что на полдороги выяснилось, что подъемник на трассе закрыт из-за вчерашней бури и обледенения, а на второй полдороги выяснилось, что, может быть, трассу все-таки частично откроют.

Когда поднялись на Голаны, в плотном сером супе образовался голубой просвет, и свозь него забрезжила надежда, что подъемник все-таки включат, и четыре часа вождения в тумане окажутся не напрасными. Так оно и оказалось, нам повезло, народу из-за обещанного закрытия трассы почти не было, и мы покатались вполне недурственно. Томас с Инбарам падали на каждом спуске раз по двадцать, как деревянные болванчики, Инбар потерял темные очки, а Томас сломал казенные съемные лыжные палки. Мы в детстве, помнится, ломали на ура деревянные советские лыжи, а этот товарищ умудрился о подъемник погнуть палки домиком. Причем сразу две. Редкостное умение, я бы так не смогла. Пришлось мне отдать ему свои короткие палочки, а этот домик везти вниз, гордо держа перед собой, как на лыжном уроке: учимся кататься без палок. Самое интересное, что сломанные палки удалось сдать обратно без штрафа. Так что день удался!


Самое трудное в поездках на Хермон - это не задремать за рулем по дороге обратно, потому что после полного лыжного дня четыре часа непрерывного вождения - испытание не для слабонервных. В прошлом году я пила бензиновый кофе, трясла головой об руль, била по ушам оглушающей музыкой, плевалась безвкусными жвачками - ничего не помогало, доехала практически на автопилоте, по каким-то неведомым и неузнаваемым дорогам, не существующим в природе и в Израиле. В этом году я добралась до дому вполне бодренькая, честь и хвала моим спортивным нагрузкам. А на подъезде к кибуцу нам в темноте перебежало дорогу что-то низенькое, пушистое, с толстым хвостом, совсем непохожее на обычного шакала или лису.."БАРСУК!!!" - закричал Томас, - "Я видел его полосочки!" Полосочки немедленно скрылись в темноте, но я ребенку верю. Барсук в Израиле - очень редкое животное, так что нам в этот день еще раз крупно повезло.

А в один прекрасный день кто-то переключил тумблер, зима выключилась, и вместо нее в дверь вошла весна. Зима еще несколько раз заглядывала, вяло махая ручкой, но было совершенно ясно, что здесь она уже проездом, ну или пролетом, продыхом.
В детстве весну открывали подснежники, а здесь ее открывает цветущий миндаль. Анемоны зацветают, когда нагреется земля, а миндаль цветет точно по расписанию, было ли холодно, или тепло, раз пришел Ту-би-Шват - зацвел миндаль, все четко по календарю.

И когда видишь эти низенькие деревца, окутанные нежным белым кружевом, понимаешь - вот она, ежегодная брачная церемония природы, вот она, невеста, каждый год покрывающаяся фатой с головы до ног, готовая зародить новый урожай, вот он - мощнейший аккорд жизни, от белой земли и до синих весенних небес.

А по земле, пачкая свежую фату, катаются зеленые яблочки - собравшиеся в стайки мятные круглые попугаи. Яблочки взлетают стайками и садятся на голые ветви дерева пекан, и пекан плодоносит яблоками - ровно пять минут, пока яблоки снова не улетят.



Фоток весны пока нету, но скоро будут. Зато есть фотки Хермона.

Только снег и облака


Здесь Томас с Инбаром смотрят в Сирию


Это я со сломанными палками!


О, есть весенняя фота! Придумайте название :)


А это оффтопный бонус - немного левитации



UPD - а пару дней назад мне в том же месте дорогу перебежала гиена. Ночью плохо видно, я видела только силуэт, и этот силуэт мне показался странным, непохожим на шакалий - слишком длинные ноги и какой-то сутулый странный загривок. Словно сутулый волк. Теперь я думаю, что это была гиена.
holmes

Дыбр-дыбр

Что-то я совсем ушла в какую-то внутреннюю жизнь. Внутри себя, не делясь с окружающим миром. И не то, чтобы это была богатая и интересная жизнь. Скорее, обычная сероватая лента жизни, где все проходит мимо и почти ничего не задерживается.
А это в принципе, жизненно неправильно.

На прошлой неделе Элинор болела гриппом, а я рисовала цапель. Это у меня сейчас личный художественный проект "Забор". Раз у меня не хватает времени круглогодично поддерживать аккуратную цветочную грядку (ах, какие цветы у моей свекрови! Но я цветы я категорически не умею выращивать...могу только любоваться..), то я решила обнести имеющийся клочок земли невысоким забором и разрисовать этот забор в деревенском этническом стиле. Чтобы цветочки и ягодки были нарисованы на этом заборе и круглый год, даже когда летом все высыхает, радовали глаз.

Сказано-сделано. Мы купили конструктор из распиленных, но некрашеных досок, скоб, винтов и банки краски. Я своими руками честно красила это занозистое дерево в тёмно-коричневый цвет. Потому что на темно-коричневом будет отлично смотреться узор белой и красной краской в африканском стиле. Покрыла пару досочек узорами из кривоватых белых листьев (акриловая краска отвратительно ложится на неполированное дерево). Потом пририсовала среди белых листьев красные цветы, похожие на ешкины метлы из красных сучьев. Ужас, а не цветы. На другой доске вместо цветов изобразились висящие в воздухе красные точки - то ли неопознанные ягоды, то ли огородные мини-НЛО. Вторая версия мне нравится больше.

А потом разрисовалась и покрыла кучу досок цветочками, ягодками и листиками - фантазийными, категорически не существующими в природе. Ведь то, что уже есть в природе, рисовать неинтересно, правильно? Все это рисовалось криво, размазанно, но зато от души. Включая а-ля японских цапель с заходящим солнцем, той же формы и цвета, что и неопознанная ягода. Правда, цапли выбились из общего правила - они таки существуют в природе.

В процессе рисования забора я узнала про себя кое-что новое - что я могу рисовать левой рукой, и более того, левая рука держит кисточку намного тверже, чем правая. Вообще-то я левша, переученная га правшу. Пишу правой, мышку держу в правой, режу левой, поскольку резать меня не переучали. Но вот рисовать левой рукой мне в голову не приходило.

Вот такой забор-конструктор "познай самое себя". Сфотографирую, когда будет готов. У меня еще не все НЛО нарисованы.
Надо сказать, что на свежий забор немедленно помочился дождь и смыл, а точнее, сдвинул половину краски. Вторая половина отвалилась сама. Кто бы знал, что свежий акрил так боится воды?! Так что это, похоже, бесконечный проект по познанию самое себя.

Еще на прошлой неделе мы с Томасом ездили на Хермон кататься на лыжах. Я этой поездки ужасно боялась, что не мешало, и даже помогало ее хотеть. Я физически не могу долго водить, я засыпаю - а здесь нужно вести машину в каждую сторону по 3 часа. При этом желательно выехать в 5-6 утра, чтобы меньше стоять в очереди на въезд. Я еще физически не могу рано вставать.

Четыре года назад я на Хермоне порвала мениск, и с тех пор я его боюсь, потому что там не снег, а прессованный и немного взбитый сноубордами лед.
А на лыжах все равно хочется. И главное, если не поеду, буду ужасно жалеть. И Томас меня уговаривал каждый день. И снег свежий там выпал...И у Томаса был свободный день от учебы..

Я на работе взяла выходной. Я от стресса не спала до 4 утра. Вообще не могла уснуть. И чем больше не могла, тем в больший входила стресс. Проснулась в 6 утра удивительно бодрая. Запихала в рюкзак все, что попалось под руку (всю приготовленную еду забыла!). И мы поехали.

Надо сказать, что откатались мы отлично, несмотря ни на что. Я очень медленно поднимала сложность спуска, чтобы вспомнить, чему нас учили в Болгарии. Народу было много, как всегда там, но не так, как в выходные. Снег был слегка льдистым, но на порядок лучше, чем там обычно.

Я обнаружила, что намного более устойчива, чем даже 2 года назад в Болгарии - за весь день упала всего 1 раз. Сами спуск с горы оказался довольно коротким после Банско - а я всегда считала, что с Хермона съезжать доолго и опасно. В результате мы с Томасом покорили гору Хермон 6 раз.

Под конец дня мы достаточно обкатали общую тропу и нам захотелось чего-нибудь эдакого. Мы полезли на особом подъемнике на боковой спуск Сион (не тот, который для сионистов, а от слова "си" -рекорд), куда лыжники вообще почти не поднимаются, одни только сноубордисты. Этот спуск обычно закрыт, но сегодня он был рабочим. Спуск оказался длинным и безлюдным, довольно крутым, но широким, позволяющим спуститься медленно. Вот я и спускалась широооким таким, осторожным, медленным слаломом. А Томас ждал меня внизу :)

Обратно нас привез какой-то маленький подъемник, обратно на ту же гору. Подъемник немедленно закрылся, и теперь, чтобы попасть вниз, к цивилизации, нужно было спускаться вниз по другой, чрезвычайно узкой и крутой тропе. Томас ловко скатился, а я стояла наверху и понимала, что вот этого я сейчас сделать вообще не смогу. Никак. У меня уже страшно устали и болят ноги, и на этой узкой тропинке категорически нет места для слалома. Я просто покачусь кубарем, ломая лыжи, руки и ноги и голову. Так я и стояла в ступоре, пока какая-то старая бабушка в юбке и на лыжах не стала спускаться рядом со мной, легчайшим слаломом с подпрыгиваним и отворотами, как крутой профессиональный горнолыжник. Мне до такого еще учиться и учиться. Я оторопела. Мне стало ужасно стыдно. Эта летящая по отвесному склону бабулька в юбочке поразила меня в самое сердце. И я решилась. И спустилась. И даже не упала. I did it! Коленки болели просто зверски, но это уже была ерунда.

Обратная дорога была самой трудной. Все мои силы ушли на то, чтобы не уснуть во время вождения. Мы все время сбивались с дороги, нас носило по каким-то арабским деревням с неосвещенными и крутыми дорогами. Мне кажется, мы ехали по какому-то другому Израилю. Но доехали, каким-то чудом и с явной Божьей помощью.

Ентовы цапли для забора. Играют солнышком.


А это подъемник к Сиону. Фотка называется: "У нас тоже есть снег!"


А это я, когда поняла, что еду и не падаю.
pup_zemli

Болгария и не только

Что-то я куда-то делась в последнее время. Вроде здесь, вроде хожу ногами по земле, но - куда-то делась. Ушла внутрь, хотя вроде бы ношусь совершенно снаружи. Никак не пойму.
Все вокруг непонятное, зыбкое, пугающее. Вообще по всем жизненным статьям - работа, дом, здоровье. Весь мир держится на соплях и либо выдержит, либо сломается, либо разрушим имеющееся своими руками и наш, новый мир построим, неизвестно, какой, и неизвестно, зачем. Это период такой. Ненадежности, неверности мира, переходный период. Все нормально, это пройдет.

Буду восполнять пропущенное. Пропущенного довольно много - Пурим, фоточки из Болгарии, всевозможные мелкие креативы.
Ну, начнем.
Collapse )
holmes

Болгария, окончание

Вечером второго дня шел дождь; мы смотрели в окно и думали, размоет ли нашу лыжню: наверху этот дождь, вероятно, превращается в снег, но на нижней, пологой трассе он - самый обыкновенный ливень. Дождь заливал островки снега за гостиничным окном, которые вчера уже успел перекопать Томас; заливал странную скульптуру в дворике - человекообразное существо с нимбом и непропорционально маленькой головой, проткнутой железными прутьями; я все гадала, что бы она могла означать - ибо страдания Христа, либо страдания лыжников, но, вероятно, ни то и не другое, поскольку существо еще было одето в юбочку из тех же железных прутьев.

Наутро небо снова выкрасилось безоблачным ярко-голубым - здесь он темнее и синее, чем в Израиле. Дождя будто и не бывало, но ощутимо похолодало - и мы немедленно нацепили на себя нашейники и перчатки. Я, наконец, договорились с лыжными сапогами, они перестали мне давить и рассказали, как в них ходить - переваливаясь с пятки на носок, топ-топ, хлоп-хлоп, терминаторы наступают, медный всадник топчет асфальт. День начался обнадеживающе.

Мы плыли на гондоле вверх, а под нами лежал ровный, нетронутый, девственный снег - свежий, новый, воздушный, шелковистый. Он лежал на елочных лапках пухлыми подушками, а мелкие детские елочки укутал уютными толстыми одеялками - сонное, нетронутое снежное царство, видимое с высоты птичьего полета.
Старый Костя взял нашу группу на самый верх, на подъемник Шилгарник. Еще один полет вверх - ветер в лицо, мерзнущие руки держат палки, а внизу искрится снег. Пожалуй, я ни разу не видела таких откровенно дискотечных вспыхивающих искр на снегу.
И - отчетливые цепочки следов на снежных барханах. Странные следы - они пересекают вырубку под подъемником вдоль и поперек и уходят вверх и вбок, и куда-то в лес.
"Это следы диких зверей" - вдруг догадываюсь я. Но кого же? Следы крупные, с женские или детские. Значит, крупный зверь, волк или медведь?
А вот мелкие следы, дробные, остренькие, идущие почти в линию - косуля?

На подходе к верхней станции подъемника внезапно накрывает тишиной. Только что пели птицы, что-то шумело и шуршало - и вдруг ватная, глухая тишина сковывает уши - непривычно, странно и хорошо. Будто проезжаем ту самую, описанную в "Атлантическом лесу" точку тишины.

Скатилась я с Шилгарника довольно сносно, сильно болели мышцы от непривычно крутого уклона - все-таки мне еще не хватает правильной техники. Здесь шла другая синяя трасса - для основательно продвинутых начинающих. И снова дети невесомыми шариками перекати-поле улетали вперед, а я осторожненько, основательно и широко перекатывалась позади. Но все это, на самом деле, было неважно - важно то, что год назад я об этой трассе и помыслить не могла!

А после полудня началась капель -
"дождь из ясного неба", как сказал Томас. Деревья исходили дождем, и шум стоял, как от самого настоящего дождя, а капли сверкали зеркальными метеоритами.
А когда с крыши лыжного кафе закапало талым снегом мне за ворот, я была этим чрезвычайно довольна.

Третий день прошел удивительно легко - ботинки волшебным образом перестали жать, мышцы мгновенно восстанавливались, и сил после лыжни осталось еще половина батарейки. Так что мы вечером еще побежали на каток, где Томас сталкивал обучающих пингвинов, а мы с Викой тренировались ездить обратным ходом, попеременно врезаясь в Томаса и пингвинов.

На четвертый день мы покинули группу и стали кататься самостоятельно; снова забирались на гондоле вверх и провожали взглядом следы: вот два следа впереди, рядом, и два позади, один за другим - вероятно, заяц, вот крупные следы от заостренных копыт - дикий вепрь? А я обалдело отмечала, что сбылась очередная дурацкая детская мечта - увидеть следы диких зверей на свежем снегу.

А потом мы перепутали подъемники и улетели не на ту гору. Не на той горе не было синей трассы, а была только красная - длинная, красная, вертикально отвесная, уносящая куда-то в красную преисподнюю горы. И я струсила. Объяснила себе это мамашкинской ответственностью, перевешивающей нормальную спортивную смелость. И мы пошли сдаваться смотрителю-ключнику: спаси нас, вытащи нас отсюда! Смотритель остановил подъемник. Смотритель приказал нам снять лыжи - вы не лыжники, вы трусы! И, держа лыжи в руках, мы покатились вниз. И тут же почувствовали, как величайший стыд сменяется величайшим счастьем: мы увидели то, что не видит практически никто. Перед нами огромной чашей распахнулась заснеженная, поросшая елью долина, вся залитая солнцем. А мы падали в нее сверху, медленно, как во сне и отвесно, как на американских горках, скользили над ней вниз, несомые железной птицей Рух, а в лицо бил горный воздух, такой тонкий и хрустальный, что казалось, он дышит за тебя сам.
"Мама, смотри, оказывается, Банско лежит на дне огромной миски между гор", - сказал Томас. И вправду, внизу, как в романах о путешественниках, простиралась бесснежная круглая горная долина, полная кирпичиков розовых крыш, а вокруг нее со всех сторон плотно вставали зеленые горы с белыми шапками.

Мы благополучно пересели на Шилгарник и унеслись на правильную трассу. Из которой я вынесла один правильный урок - ехать на попе намного удобнее, чем на лыжах. И, когда падаешь на полном лету, успеваешь сэкономить силы, прокатываясь полгоры на мягком месте в лыжных штанах. Главное - не потерять лыжи. И палки. И голову. Хотя нет, голову - разрешается.

А потом сидели все втроем в лыжном кафе. Лыжное кафе можно определить по звуку, закрыв глаза - по нему непрестанно, гулко и дробно ходят слоны. Топ-топ-топ. Дум-дум-дум. Бесконечная барабанная дробь, сливающаяся в один топающий шум. Вот тдут голодные слоны и голодные терминаторы. Терминаторы хлебают суп из пилешки и жуют толстые желтые чипсы.

На прощанье втроем весело катались по короткому Коларски, к вечеру он уже изрядно был перекопан сноубордами и покрылся горками и трамплинами - мы то огибали их, то подлетали вверх с воплями. А потом усталые дети отправились вниз с гондолой, а решила проверить, реально ли, как писала lean73, долететь вниз до Банско за 20 минут. В прошлом году нашим рекордом было 40 минут. А гондола идет полчаса.
Разогнавшись хорошенько, я, разумеется, в очередной раз свалилась мешком. И к раненой правой руке добавилась раненая левая. Так что теперь все симметрично.
Но главное - я долетела за 25 минут. А если вычесть падение - то за все 20. На последнем, равнинном этапе подтягивала себя палками - бегать в этих железных "испанских сапожках" все равно никак невозможно.

На пятый день я упихивала в чемодан розовый эликсир, и эликсир из сосновых шишечек, и черничное варенье, и сок черноплодной рябины, и сыр, и еще сыр, и сидр из лесных ягод, и яблочный сидр с мякотью, похожий на забродивший сок по три копейки из детства. Хорошо откормленный чемодан весил 26 кг и как хорошо, что мы этого не знали.

А потом отправились на лыжню без лыж - и солнце светило так старательно, что мы разделились до футболок. Удивительное чувство, когда тебе одновременно жарко и холодно: меховые сапоги проваливаются в скрипящий снежный наст, и мерзнут промокшие пальцы, и одновременно - почти летняя жара. И я скажу, что и снег в этой Болгарии ненормальный, перевернутый - если он не тает ни от такого солнца, ни от дождя.

Мы лепили снеговика - непременное зимнее занятие жителей бесснежной страны. Снеговик получился знатный, самый настоящий - с носом- еловой шишкой, волосами из лапника и глазами-камушками, за отсутствием угольков. Этими камушками Томас стрелялся из рогатки в пролетающие сверху гондолы, потрясающе похожие на флипы из "Гости из будущего". Один флип был успешно подбит. Точнее, ранен. "Попал в дно!" - оборадовался Томас.
Я, как приличная мама, уговаривала ребенка не бить окна, но что поделать, если рогатку купила ему сама, и идея стреляться в гондолы была тоже моя...
А снеговик из нетающего, похожего на соль снега, теперь встречает лыжников у конца трассы, по правую руку. И простоит там до конца лыжного сезона. А может, и до самого лета.

Снова ехали обратно в минибусе типа "маршрутка" через всю Болгарию, а в прицепе сзади громыхали чемоданы, и я думала, что если прицеп оторвется, чемоданы исчезнут в болгарской ночи, пахнущей талым снегом, и кетчупом со вкусом лечо, и солеными звездами из брынзы. А перед выездом из Банско прокатились сквозь неглянцевую, нетуристическую часть города. И тогда я поняла, что этого города не видела вовсе - этих приземистых домов в темных косынках и прямых юбках, как у бабушек-уборщиц в лыжном кафе; этих толстых беленых стен с вделанными в них круглыми серыми камнями. А еще тяжелых деревянных ворот, и окон с выгоревшими наличниками, и рассыпанных по мостовой поленниц, и узких змеящихся улочек, ловящих зазевавшегося туриста на красный петушок-леденец на крыше. А изрядно заблудившись в пространственно-временном континууме, выходишь к школе - ни дать ни взять моя советская школа номер 40, белый параллелепипед с красными панелями, окруженный хрущевками и девятиэтажками - что она делает тут, в зыбкой электронной современности? А рядом с городским парком освещенная будочка постового, и вовсе сбежавшая откуда-то из пятидесятых. И в марте месяце горит елка, и тарахтит старый поезд на узкоколейке, и где-то в ночных полях сияет разноцветными буквами магазин "Буратино". А в "маршрутке" не работает обещанный вайфай, и это не кажется странным - до вайфая еще лет сорок по прямой, и шестьдесят, если закоулками.
pup_zemli

Литохоро

Маленький городок у подножия Олимпа. Обожаю такие крохотные городки.
(все горизонтальные фотки открываются по клику в большем размере)

Городская площадь с колокольней


Collapse )
holmes

Один короткий отпуск

В воскресенье решили съездить в зиму. Говорят, что в Москве уже весна, в наших широтах и вовсе лето, но ведь где-то зима должна находиться?
Вот она где, стало быть. В трех часах езды от дома.
Выехали поздновато, но солнце зимой, несомненно, ленивей даже меня и с еще большим трудом пробуждается от ночной зимней спячки. И поэтому мы оказались на дороге первыми.
И небо, как неразвернутый подарок, было затянуто серой оберточной бумагой.
А солнце не торопилось его развертывать.

И пока оно не взошло, на земле царили те, что живут в смятых кульках. Те, что боятся солнца. А когда выходят наружу, напускают вокруг себя густой туман. Они плетут его, как паутину, выпрастывают вокруг и сидят себе в тумане, невидимые, поджидая очередную жертву.
Так что, Берримор, держитесь подальше от этих болот.

Туман был плотным и снаружи казался клейким, как бабушкин крахмальный клей для обклейки окон. И одновременно желеобразным, как сироп глюкозы. Казалось, его можно нарезать на облака. И обвалять эти облака, как турецкий рахат-лукум, в пыльной сахарной пудре.
Туман лежал в долине, как на тарелке, заполняя ее от края до края, а над ней наконец-то открывало глаза красное со сна солнышко. "Чего, уже светить? " - зевнуло оно. - "Вот прямщас?"

И пока оно раздумывало, мы въехали в этот туман. И я поняла, что забыла напрочь, как это бывает, когда мир вокруг пропадает.
Когда все окружающее пространство
вдруг сокращается до пятна метров этак тридцать в диаметре, а за ним - НИЧЕГО. Белая пелена. Мир исчез. Мира нет и никогда не было. Совершенно космическое чувство.

А потом мы вьехали в зиму. Это так удивительно - за пару часов, без всяких перелетов, без смены часовых поясов попасть из лета в настоящую зиму.
В зиме лежал снег. Поначалу черно-белыми блямбами вдоль дороги, но чем выше, тем белее и фотогеничнее.

Совсем наверху снег покрывал уже всю землю целиком, блестел на солнце и подозрительно напоминал сахарную мастику. Один-в-один, имбирный бисквит, щедро политый сахарной глазурью. Или ромовая баба - рекордсменка по сахарной верхушке. С торчащими там и сям шоколадными деревцами.
И поверх всего этого сюрреалистического кулинарного безобразия звучала прекрасная барочная музыка. Именно здесь, в этом островке заснеженной Европы посреди южных субтропиков. Оказалось, что станция радио классической музыки одинаково хорошо принимается по всей стране. Все коммерческие радиостанции остались внизу, замолкли и сдохли, а эта играла, как заведенная.

Заснеженные вершины и Моцарт.
Швейцария, да и только. Или Австрия, на худой конец.
Collapse )