Жаклинка (jacklinka) wrote,
Жаклинка
jacklinka

Древний час

Очередной учебный текстег по заданию из нашего text_training, на хэллоуинскую тему "Древний час", когда все на улице на один час становится "не таким". Правда, меня от хэллоуина унесло конкретно...

- Никак вы нашли деньги, синьор Оливио?
Оливио, белобрысый, вечно сносящий лбом люстры голландец, совершенно непохожий на свое имя, просто сиял.
- Нет, синьор Тренто, денег нет как нет, зато у меня есть идея получше. Я сейчас скажу вам на ушко, как вы можете снять свою картину за три сентисимо.
Синьор Тренто, маленький толстяк, похожий на повара с рекламы пиццы на вокзальной площади, с сомнением подставил круглое розовое ухо.
- Фалькаде? Да что с того, что Фалькаде? Не уговариваете же вы меня летом поехать на лыжный курорт? Я бы и зимой ни за что не поехал - я катаюсь не лучше, чем куль с мукой!
- А вы ночевали там однажды, синьор Тренто? - Оливио продолжал улыбаться как ни в чем не бывало.
- И не раз. Ах, какие там мне сны снились, на горном-то воздухе!
Оливио живо взмахнул своими длинными, как у орангутанга, руками.
- Вот то-то и оно, синьор Тренто! Вот то-то и оно! А скажите, вы после этих снов просыпались хорошо отдохнувшим?
- Ох, да я как будто мешки с камнями всю ночь таскал! Вроде спал всю ночь, как младенец, а поутру вставал, будто и не ложился, все болит, голова как ведро с водой. Это все горный воздух виноват, пары всякие. А как вниз спускался - все сразу же проходило.

- А теперь смотрите, синьор Тренто, - Оливио вставил видеокассету в проигрыватель.
- Что это?
- Я снял это неделю назад.
- Но как? Кто?...Где ты нашел все эти декорации? И во сколько тебе обошлись все эти костюмы, признавайся? Этот мистер Бонжо раскошелился, наконец? Ах, старая каналья!
- Мистер Бонжо три месяца назад отказал нам в ассигновании. С тех пор я не получил от него ни единой лиры, да вырастет у этого козла три пары рогов!
Синьор Тренто выглядел озадаченным. Когда синьор Тренто так озадачивался, он сводил глаза к переносице, надувал щеки и так и застывал, что выглядело чрезвычайно потешно.
- Три часа сорок шесть минут, - таинственно произнес Оливио.
- Что - три часа? - синьор Тренто так здорово надул щеки, что казалось, они сейчас лопнут, как старая покрышка.
- В три сорок шесть это и происходит. Каждый день с шестнадцатого апреля по двадцатое ноября. Я наводил справки у местных врачей.
- Что происходит? Синьор Оливио, да хватит уже говорить загадками!
- Чужой час. Они называют его еще "древний час", хотя никакой он не древний, а просто чужой, странный, когда все вокруг становится не таким. Это мировое открытие, синьор Тренто! Представьте себе, каждый день с апреля по ноябрь! И никто до сих пор не догадался это заснять на пленку! Потому что все спали! Я бы тоже уснул, но у меня как раз сильно разболелся зуб, а во всем чертовом Фалькаде не оказалось ни одного свободного зубного врача!
Я сидел в своей постели в гостинице "Сиеста", мне досталась комната под самой крышей и я открыл окно, чтобы прохладный воздух уменьшил боль. Как вдруг услышал снизу подозрительный шум, топот, хохот, ржание лошадей. Что за причуда, подумал я и выглянул в окно. И увидел такое, что зуб у меня мгновенно прошел, я натянул брюки, накинул куртку, схватил камеру и бегом вниз.
А там...
Каждая улица будто со съемочной площадки сбежала, из павильона - аж глаза разбегаются! На той, что к моей гостинице прилегала - все дилижансы и дамы в шелках прогуливаются, и кавалеры в макинтошах, сам Шерлок Холмс пожаловал. Фонари горят будто бы не электрические, а газовые, круглые, и даже газом пахнет.
А на соседней улице - джунгли, вы не поверите, синьор Тренто, настоящие джунгли! Я могу поклясться, что днем здесь росло три чахлых деревца. А сейчас дома спрятались в буйные кроны, некоторые и вовсе исчезли, а под ногами шныряет кто-то, а там, в глубине деревьев кто-то рычит, да так, что волосы на загривке дыбом становятся.
А третья улица - пирамиды, колонны, а в канаве, вы не поверите - настоящая мумия лежит. Страшная, беззубая, я как глянул на нее, а она села в канаве и сама на меня смотрит, я как струхнул, чуть камеру не потерял!...

- Погоди, синьор Оливио. Вот ты говоришь, три часа ночи. А у тебя на записи день деньской, как же так?
- Я же говорю, каждая улица как павильон там была. И свет по-разному выставлен. На одной - ночь, как и полагается, на другой - полдень, солнце яркое над головой. Больше того синьор Тренто, на одной улице - листьями усыпано и дождь холодный моросит, так, что я закоченел весь, а на другой - жарит, как в пустыне Сахаре, так я чуть ли не до трусов разделся!
- Сказал бы я, синьор Оливио - врете вы все, как школьник. Или накурились чего-то такого, что я и сам не плох распробовать. Сказал бы, если б сам не видел вашу пленку. Но вот что мне неясно - мы с вами собрались комедию про Нерона снимать, где ж во всей этой сумятице мы древних римлян возьмем, а?
- Слушайте же, синьор Тренто, дальше, - заговорщицки подмигнул Оливио.

Как я вам сказал, шел я по улицам и диву давался, а камера на плече - ну как все это сейчас кончится. И точно - вдруг ветер сильный подул, пыль в глаза полетела, я закрыл глаза всего на секунду, а когда открыл - все было как обычно. Обычные ночные улицы курортного горного городка. И жители спешат в свои дома - кто в пальто, кто в пижаме, а кто в чем мать родила. Да как спешат - бегут! Ну и я побежал в свою "Сиесту", только до кровати добежал, сразу рухнул и немедленно уснул, даже нет, уснул еще раньше, чем рухнул. Вообще не помню, как до гостиницы добрался, будто уже спал, пока шел. Вот чудно!
Стало мне любопытно - что за ночное празднество? И что-то подсказало мне, что так просто все не кончилось.

На другой день зуб у меня продожал болеть. Я бросил искать зубного, занявшись своими мыслями. Просматривал снятые ночью кадры, все пытался понять, в какую историю меня втянуло.
Днем мне удалось немного вздремнуть, а на ночь я положил под простыню острой уличной гальки, заказал в соседней кофейне десять чашек крепчайшего кофе, чем забавно удивил хозяина, да и зуб мой все так же свербил и стрелял, будто в нем шла муравьиная война.
Мои ожидания были вознаграждены - ровно в три сорок пять, как по будильнику, дом вздрогнул, как от землятресения, и с улицы раздался знакомый уже гам. Я выглянул в окно. Знакомой мне ночной улицы с газовыми фонарями и дилижансами не было и в помине. Вместо нее светило солнце, а на площади перед гостиницей раскинуся большой рынок. Я немедленно схватил камеру и рванулся вниз. Глаза мои разбегались, я не знал, куда направить взгляд - то ли на полураздетых продавцов в тюрбанах и расшитых шароварах, то ли на покупателей в тогах, хламидах и странного видах халатах, то ли на товар - от огромных арбузов, деревянных ведер до всевозможного домашнего скота. Поодаль прямо на дороге примостилась связанная вместе группа обнаженных мужчин и я догадался, что здесь торгуют также рабами.
Вдоволь находившись по рынку, я взглянул на часы и поспешил пройтись по соседним улочкам - а ну как действо прервется так же внезапно, как и вчера. И действительно, не успел я пройти пару кварталов, как подул уже знакомый песчаный суховей, я заслонил глаза рукой, а когда убрал ладонь - все уже кончилось. И снова я не помнил, как добрался до кровати. Только утром все бока болели от камней, которыми я же сам тщательно нашпиговал кровать.

Тут уж любопытство мое взыграло пуще прежнего. Я начал ходить по улицам и расспрашивать прохожих, продавцов в лавках, местного пастора и подметальщика улиц. И все, как один, снами хвастались - один другого красочнее, так, что если б эти сны записать - на целую книжку наберется! Лучшие сны во всей Италии, говорят. Сюда специально приезжают туристы за самыми распрекрасными снами.
Так прошло еще несколько дней. С каждым днем мне было все труднее и труднее оставаться бодрствующим почти до четырех ночи. Зуб мой перестал болеть сам по себе; я пытался ставить будильник на три сорок пять, но будильник мой, исправно служивший многие годы, отказался звенеть. Наконец, я принял решение вернуться домой, так и не разрешив загадку.

В день отъезда мне на глаза попалась программа местных телевизионных передач. И тут меня поразила сумасшедшая догадка! Судите сами - в программе был сериал "Невольники Алжира", "Шерлок Холмс" с несравненным Джереми Бреттом и серия передач "Жизнь в джунглях".
Я немедленно продлил плату за свою комнату, а сам побежал к ближайшему видео-автомату и нажал первую попавшуюся кнопку. Стоит ли говорить, какого рода заряжают кассеты в такие автоматы, но в тот момент мне это было безразлично.
Затем я взял напрокат большой проектор и повесил на углу улицы свою собственную многострадальную, рваную от камней простыню.
Через двадцать минут возмущенные почтенные матроны вынесли меня вместе с проектором, завернутого в мою еще более рваную простыню, но, к счастью, у начальника полицейского участка в этот день тоже разболелся зуб, и мы вместе полоскали полицейский зуб содой, согревали его джином из полицейской фляжки и, в целом, неплохо скоротали время до вечера.
А главное - первая часть плана прошла успешно.

Когда стемнело, начальник полиции удалился передоверять свой больной зуб жене, а меня отпустил, оставив, впрочем, крамольную кассету в участке как вещественное доказательство.
Нужно ли говорить, как долго тянулось время до почти четырех утра. Клянусь, каждый час вышел длиною в сутки!
Но терпение мое было вознаграждено сполна! Ровно в без четверти четыре я выгляул в окно и увидел действо...
Пожалуй, этому позавидовал бы не только безвестный режиссер кассетной "клубнички", но и сам Феллини. И все же увиденное опреденно напоминало кадры на моей уличной простыне.
Я отвез начальника полиции в Венецию к тамошнему врачу, считавшемуся крупным зубным светилом, а в ответ он помог мне организовать еще несколько площадных трансляций. Разумеется, я теперь кропотливее подошел к содержанию видеокассет.
А по ночам я снимал на свою камеру, и поверьте мне, снятое не просто напоминало содержание кассет, нет, оно было лучше во сто крат, будто гениальный режиссер переснял киноленту режиссера посредственного!

Синьор Тренто выглядел еще более озадаченным, чем в начале беседы.
Он надулся, как индюк, он покраснел, как томатное рагу. Глаза его сошлись так близко к переносице, что, казалось, вот-вот поменяются местами.
Оливио торжественно вручил ему стопку видеокассет:
- Я прожил там целый месяц, синьор Оливио. Хозяин гостиницы сделал на мне целое состояние. Я научил начальника полиции пользоваться видеокамерой, а он научил меня разбираться в сортах джина и виски. Но главное не это...
- Дорогой синьор Оливио, - с сомнением произнес синьор Тренто. - Я рад бы разделить ваш энтузиазм. Но как вы себе представляете раскладку по сценарию и по ролям? Я все же приверженец традиционного кинематографа, знаете ли...
- Я все продумал! - горячо воскликнул Оливио. - Вот, глядите, - и он вставил в проигрыватель очередную видеокассету. - Видите? Точнее - прислушайтесь, - слышите?
На лице синьора Тренто отразился очередной немой вопрос. Точнее, он оттуда не сходил.
- Они играют по моему сценарию! Они повторяют написанные мною слова! - Оливио нервно захохотал. - Слышите, как он ругается, как он великолепно поносит весь древний Рим!...

Оливио ткнул в руки синьора Тренто жеваный лист бумаги. Синьор Тренто начал следить по листу - и верно, человек на экране, одетый в тогу - о Мадонна, откуда он знает, как именно закалывали тогу на плече древние римляне?! И этот человек будто читал с листа! Нет, не читал, говорил, жил, был сейчас этим пресловутым древним римлянином, он знал, как закалывать тогу, потому что делал это каждый день. И, ей-богу, он не читал итальянский косноязычный текст этого голландца Оливио, он говорил на латыни! Он ругался, да так, что стройная латинская брань была достойна пера Овидия!...
Голландец Оливио танцевал вокруг синьора Тренто, еще более напоминая орангутанга. Белобрысого стриженого орангутанга.
- Я напечатал сценарий в тысяче экземпляров и развесил его по городу! И они его прочли. И запомнили! Ведь правда, синьор Оливио, бывает, что наяву вы не можете запомнить ни строчки, а во сне вы внезапно вспоминаете все целиком, и снова забываете напрочь, когда проснетесь? Вот то-то и оно, синьор Тренто, вот то-то и оно!
- Но как же...как же мы сможем снимать все это по ролям? - не соглашался синьор Тренто. - Ведь тысяча человек прочитает этот сценарий и тысяча человек одновременно будет нашим Нероном!
- Разумеется, синьор Тренто, у нас будет тысяча Неронов и мы сможем выбрать лучшего! А может - подумайте, ведь это будет прорыв в современном кинематографе - пусть все они и будут Нероном! Тысячеликий Нерон, тысячеликий деспот, предающийся разврату...

Синьор Тренто вздохнул. Синьор Тренто покачал головой и поднял трубку телефона.
- Гостиница "Сиеста", Фалькаде? Мне нужен номер на двоих на долгую аренду. Да, на два месяца. Что, три по цене двух? Si, беру!
Tags: Бредогенератор, Глупости, Креатифф, Разминка пальцев
Subscribe

  • Вирусная щетка

    Пластиковая массажная щеточка для моих необъятных ляжек, заказанная месяц назад из Китая, наконец-то начала подавать признаки жизни, ну то есть…

  • Тайна исчезновения кошачьего корма

    Как я уже рассказывала, в огороде у нас живут котопоты. Четыре наглых котопота - Муца, Белка, Маска-Каска и Джессин брат. Муца - цыганская хозяйка…

  • Непал. Пашупатинатх и приключения мутона

    Следующим нашим пунктом в Катманду был Пашупатинатх. По Википедии - "индуистский храмовый комплекс". Девочки попросили Сурендру -…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 19 comments

  • Вирусная щетка

    Пластиковая массажная щеточка для моих необъятных ляжек, заказанная месяц назад из Китая, наконец-то начала подавать признаки жизни, ну то есть…

  • Тайна исчезновения кошачьего корма

    Как я уже рассказывала, в огороде у нас живут котопоты. Четыре наглых котопота - Муца, Белка, Маска-Каска и Джессин брат. Муца - цыганская хозяйка…

  • Непал. Пашупатинатх и приключения мутона

    Следующим нашим пунктом в Катманду был Пашупатинатх. По Википедии - "индуистский храмовый комплекс". Девочки попросили Сурендру -…