Жаклинка (jacklinka) wrote,
Жаклинка
jacklinka

Categories:

Сказка на ночь. Про принцессу и дракона.

Что-то я совсем дыбру не пишу, одни креативы :)
Параллельно писала две штуки - предыдущее, серьезное, и сказочку-развлекалочку, про принцессу и дракона.
Сказку вот по такой схеме из нашего text_training:
"1. Выбираем главного героя: девочка-сирота, живущая на отшибе в прислужницах у деревенской ведьмы, Иван-царевич, Разумные Обои; либо придумываем его сами.
2. Герой видит, что в деревню прилетел дракон неописуемой красоты и, желая похвастаться перед сим чудесным зверем, обратить на себя внимание, совершает ужасную ошибку: выбалтывает ему один страшный секрет.
3. В нашей сказке драконы, наряду с красотой, изрядные сплетники, поэтому дракон, пролетая по стране, разбалтывает эту тайну всем кому можно, и даже кому нельзя.
4. После чего деревне начинает грозить опасность. Какая именно, нужно придумать.
5. И герою необходимо совершить подвиг, чтобы исправить ситуацию. Какой именно подвиг, дальше сами."

Схема нежесткая, можно было варьировать.
И вот что вышло:

Почитай сказку, тетьМарин.
Алиске хочется сказку. У Алиски много сказок, сама вроде тоже уже читает, но послушать сказку на ночь - дело святое.
Протягиваю руку к шкафу - ну, кто на меня прыгнет? Кто первый?
Алискины сказки - мне почти все незнакомые. У нас в детстве таких не было. Оно и понятно, напереводили вдоволь, да и теперь каждый пишет, кто во что горазд.
Открываю сборник на первой попавшейся странице. Это вроде гадания такого - что попадется, тому и быть прочитанным. Сказки, они тоже, наверное, толпятся и в очередь выстраиваются - меня возьми, меня!
- Слушай, Алиска. Только, подожди, а ну марш сначала в кровать!

За морями солеными, за долами широкими, за горами высокими и за пустынями жаркими жила одна принцесса.

- Красивая?
- Красивая, да. Принцессы в сказках обязательно бывают красивыми. Здесь такая Златовласка нарисована.
- Златовласка яблочки кушает.
- Яблочки, да. Слушай, я читаю.

Однажды эта принцесса пошла гулять в лес, росший в округе замка. Забрела в самую чащу и видит диво дивное - стоит яблонька посреди поляны, высотой до неба, и шириной в шестнадцать обхватов. Вся яблоневого цвета полна, а рядом малюсеньких яблочек, а под ними, совсем низко, висят спелые, наливные. Стала принцесса вокруг той яблони ходить и яблочки кушать - то желтым медом налитое сорвет, а то красное-прекрасное, огнем горящее. Ходила-ходила и видит, лежит под яблоней то ли зуб, то коготь, но не простой, а чудной: не то хрустальный, не то ледяной, как камень, твердый,  и, как колодезная вода, холодный и прозрачный. Подняла принцесса этот чудесный коготь и спрятала к себе в кожаный мешочек. Принесла во дворец и положила в резной ларчик с драгоценными украшениями, и каждый раз, когда одевалась да прихорашивалась, вынимала этот ледяной коготь и крутила в руках. Нравилось ей, какой он прозрачный и гладкий. И вечером, после королевских церемоний да развлечений, прежде чем опочивать пойти, нет-нет, откроет ларчик и погладит коготь по гладкому холодному бочку. А однажды, усталая после бала, прилегла на кровать с когтем в руке, да так и уснула.
Вдруг просыпается принцесса оттого, что слышит - страшный грохот гремит, будто все черти из преисподней повыскакивали и в барабаны свои колотят.

- А на гитаре черти играют? - у Алиски сна ни в одном глазу.
- Играют, играют, - говорю, - у них на электрогитарах отлично получается. Но мы сейчас про давнишнюю принцессу читаем. У них там электрогитар не было еще.

Открыла принцесса глаза - с одной стороны опочивальни огонь яркий, светло, будто в полдень, а с другой - ночь кромешная и луна желтая в окно заглядывает.
И вот с той стороны, что светло, как днем, окно распахнулось и в окно влетел громадный дракон. Остолбенела принцесса: дракон хвостом в землю бьет,  крыльями черными в воздухе полощет, пасть огнем полыхает, зубья ядом истекают, глаза с подсвечники, и горят, что твои факелы. По дворцовому мрамору мощные когти скребут, следы оставляют. И все когти, все, как один - из прозрачного ледяного хрусталя.
Испустил дракон истошный рык, такой, что во  всем дворце тарелки зазвенели, обернулся три раза через левое плечо и превратился в ослепительно прекрасного принца, в черном кожаном плаще и с короной, удивительно похожей на языки пламени. Принц пал на одно колено и воскликнул с воодушевлением: "О, прекрасная принцесса!"

- Он должен ее поцеловать, - серьезно сказала Алиска.
- Он пока еще ее не поцеловал. Давай слушать дальше.

- О, прекрасная принцесса, - вскричал принц.
- Квартина! - гордо представилась принцесса.
- О, прекрасная золотоволосая Квартина! Наконец-то исполнилось древнее пророчество! Юная принцесса нашла в лесу мой коготь, который я сам нечаянно выдрал, зацепивщись за дерево. Она согрела мой ледяной коготь своим теплом и вот я здесь, моя суженая, и прошу твоей руки.
Принцесса удивилась весьма, но ничего не сказала. Принц ей, вестимо, понравился: и дюжий, и вышел рожей, и на язык гожий, но не должны же принцессы сразу соглашаться выходить замуж за первого встречного дракона.
Не дала она ни согласия, ни отказа, но милостиво позволила принцу остаться жить в замке.
Вот принц живет в гостевых покоях, на пирах пирует, на балах пляшет, и манерами, и умением танцевать уже заткнул за пояс всех лучших танцоров.
А из лука тоже стреляет без промаха. И пращу кидает дальше всех.
И шарады решает вмиг, будто сам их и сочинял.
А поет так, что кто раз услышит - немедля забудет обо всем на свете.

- В него, наверное, все окружающие принцессы повлюблялись. И служанки. - это уже Алискина мама. Тоже слушает.
- Так оно и было, - продолжаю.


К осени все принцессы из всех соседних княжеств - все, как одна, пали перед чарами принца. А звали того принца Драголд, так он сам представился.
На балах принцессы бросали фанты - кому первой танцевать с Драголдом. На пирах ссорились - кто первая подаст кубок принцу Драголду. А когда Драголд шел по улице, рядом то и дело останавливались кареты, и шелковые перчатки помахивали ему из окна.
Стал он часто уезжать из замка - то к одной принцессе пригласят на прием, а то к другой.
Тут принцесса Квартина встрепенулась, очнулась - и ах, поняла, что влюблена в Драголда без памяти, очаровал он ее, да так, что без него ей жизнь не мила! Стала она ему лихо подмигивать, и чарку подносить, и разговоры о том, о сем заводить. Волосы свои прекрасные то в крученые косы укладывала, а то распускала золотым дождем. Но он все смотрел мимо, лишь только вежливо кланялся.
Тогда, однажды вечером, позвала она его к себе в покои и задала вопрос напрямик: помните ли вы, о принц, о чем меня просили, когда явились сюда? О ваших мольбах и о пророчестве старого волшебника. Я тогда обещалась вам дать ответ. Так вот, мой милый принц, я согласна!
Вмиг изменился принц Драголд: равнодушие его как кануло в воду. Говорил радостные слова, немедля принял Квартину в свои объятия и закружились они по комнате.
- Теперь ты должен просить моей руки у моего папеньки, - напутствовала принца Квартина.
А, надо сказать, старый король сильно недолюбливал принца Драголда и относился к нему с великим подозрением. "Кто таков?", - хмурился король. - "Откуда взялся, без роду без племени, без гроша за пазухой?"
И когда направился принц Драголд к королю, руки Квартины просить, сама принцесса пробралась и спряталась за дверью - близнехнько, да невидно.
Слышит Квартина - рассердился король на принцево прошение, рассвирипел, стал кричать громовым королевским голосом: "Никогда этой свадьбе не бывать!". Позвал стражников, и те выгнали принца Драголда взашей.
Убежала Квартина к себе в комнаты, вся в слезах, но никем не замеченная.
А принц Драголд стучится к ней и говорит, с улыбкой, ясным голосом, что, де, король-отец на все согласен, и свадьбу сыграем в первое же воскресенье.
- Что ты такое мелешь! - рассердилась принцесса. Я как раз мимо проходила, все слышала! Вместо отеческого благословления выгнали тебя взашей! Негоже, принц, меня обманывать! Ну да что ж, прощу я тебя на этот раз и сама попытаю счастья.
Рассердился король на принцессу пуще прежнего, осерчал король. "Вон!" - гремел, и заключил грозно, что ежели Квартина посмеет сбежать с принцем Драголдом, то не видать ей приданого, как своих ушей.

- А я умею видеть свои уши, - подала голос Алиска. - Их в зеркале видно!
- У тех, кто придумал эту поговорку, наверное, зеркал не было, - говорю. - В те времена они были редкостью.

Разгневалась гордая Квартина, нахмурилась, надула губки и топнула ножкой:
- Раз вы так, папенька, тогда я и взаправду убегу! А приданое мое недалеко спрятано - сами возьмем, вам в досаду! Неразменную монету вашу драгоценную заберем с собой!
- Что за монета такая любопытная? Никогда о ней не слышал, - стараясь казаться равнодушным, произнес Драголд.
И поведала тогда принцесса вот что. Много лет назад прадеду ее прадеда досталась золотая кварта. Да не простая, а волшебная. То ли завоевал он ее, то ли выиграл, то ли выменял. А то ли нашел в дальнем лесу. Сам прапрадед каждый раз, под винцом, другое рассказывал.
Ее волшебство обнаружились уже совсем скоро: раз довелось прадеду платить пошлину местному королю - а сам прадед тогда еще вовсе не был королем. Сказать по секрету, он служил кузнецом, да-да, самым простым кузнецом, хотя теперешний король не любит вспоминать об этом, делая вид, что принадлежит к исконно дворянскому роду.
Так вот, отдал прадед монету мытарю, смотрит - что за чудеса? Монета, как была, в кулаке осталась целехонька. И у мытаря в руке еще одна точно такая же - вот чудно!
В другой раз решил он заплатить монетой за мешок муки. Смотрит - а монета опять расщепилась будто, одна в кузнецовом кулаке лежит, а другая в кармане у мельника!

- Я тоже хочу такую денежку - бубнит Алиска.
- Тогда ищи, а вдруг найдется! А я пока почитаю дальше.

Так и повелось. Разбогател кузнец, а про монету ни одной живой душе не рассказывал.
Купил дом, затем другой, потом лавку, потом другую. А когда умер, завещал своему сыну монету и полгорода впридачу.
А сын его, которому отец ни в чем не отказывал, и вовсе королем заделался.
Купил оставшиеся полгорода, да все земли вокруг. Больше покупать не стал - одной монеты ровно-ровно на одно королевство и хватало - это ж целая морока ее делить! Потому как, оказалось, признает монета только одного хозяина. Вот и сидит король-монетчик целыми днями в сокровищнице и платит своему казначею. Сначала переписывает на казначея свои собственные дворцы, дома, лавки, поместья. А потом их обратно выкупает. А иначе монета делиться не желает, если покупка не всамделишняя.
Ох, и мороки с ней, с этой неразменной монетой!
Полученные монетки несут в городскую казну, из них платит король всему городу: булочнику - за то, что печет хлеб, портному - за то, что шьет рубахи и камзолы, кожевеннику - за то, что тачает сапоги, а свинопасу - за то, что пасет свиней. Всем заплатит щедро, никого не забудет!
Пошлины и поборы всякие еще прапрадед отменил - радуется народ!
И принцесса живет, как сыр в масле катается, - и наряды, и явства заморские, и актеры приезжие, искусные, для зрелищ и развлечений.

- Ах, что за великолепное приданное у тебя, принцесса! - воскликнул принц Драголд
- Только монету эту следует похитить, - заговорщицки прошептала принцесса. - Иначе она не пожелает сменить хозяина.
- Я украду ее для тебя, моя невеста! - пылко вскричал дракон.
- И мы вместе будем править королевством! - не помня себя от радости, провозгласила принцесса.
И немедля поведала дракону, как монету похитить - непростое это дело! Хранится та неразменная монета за семью замками, в седьмой комнате, а первые шесть ловушек и искушений полны, от недобрых людей, разбойников и лиходеев.

- Заминированы, поди. И лазерные пушки по периметру, - Алискин папа в дверях стоит.
- Ага, - говорю. - И черепашки-ниндзя с катанами по углам стоят.

За первым замком - первая зала, самая большая; она полна утвари всякой домашней - ведра, кастрюли, коромысла. Вазы заморские в полный рост на полу стоят, тончайший фарфор в бархатных сундучках лежит - тот, каким купцы торгуют на вес золота. Бери - не хочу.
Ее пройдешь, не касаясь ничего, а как коснешься - забудешь, зачем пришел, да так и выйдешь обратно с чашкой, половником или  самоваром.
За вторым замком - вторая зала, поменьше; одежд знатных полна - камзолы все бархатные, чулки шелковые, подвенечные платья из брабантских кружев, рубашки тончайшего батиста, платья, халаты парчовые, золотом расшитые - ах! Но лишь протянешь руку, коснешься драгоценной ткани - вмиг позабудешь зачем пришел, да так и выйдешь в парчовом халате.
Третья комната в половину первой будет, а лежит в ней доспехов кованых - тьма тьмущая! Тончайшей ковки, украшенные резным узором с королевскими лилиями, от мечей заговоренные - так и просятся в битву!
Но лишь коснешься - уберешься восвояси в островерхом шлеме да в серебряной кольчуге, позабывши, зачем пришел.
Четвертая комната еще меньше кажется, и за четвертым замком - оружие всякое. Мечи острейшие, пики длиннейшие, мушкеты, что сами стреляют, щиты, гравированные виньетками и гербами, кинжалы с рукоятками из костяного кружева - так и манят любого воина. Но едва коснешься рукоятки - выйдешь, сжимая в руке рыцарский меч и забывши, зачем пришел.
В пятой комнате, шириной всего в два обхвата  - груды серебра и серебряных монет. Но, если протянешь руку - выйдешь, прижимая к сердцу серебряный кубок, полный серебряных кругляшей и думая: что за барыш!
И не ведая, что комната шестая, та, что шириной в один обхват - полна золота и бриллиантов, жемчугов и рубинов, сапфиров и прозрачной слюды, которую умеют добывать только воинственные скальные гномы.
Но если и в шестой комнате не поддаться соблазну, наградой будет седьмая комната - каморка размером всего лишь в сундук и совершенно пустая, только посреди ее лежит коробочка, а в коробочке - монета заветная!
- А ключи я у папеньки утащу! - вскинула подбородок принцесса. - У него связка под кроватью висит, семь ключей серебряных, это, стало быть, те самые ключи и есть.

- А у меня тоже есть такой ключик! - Алиска вскочила и побежала копаться в тумбочке. - Я его в парке нашла!
- Раз есть ключик, значит, есть и дверь, которую им можно открыть. И, может быть, дверь очень непростая...

Настала ночь. Принцесса постучалась в спальню дракона и достала из-за пазухи связку серебряных ключей. Как было уговорено, выкрала она их у короля из-под кровати.
Все запомнил принц Драголд, ни одного совета не упустил. Не взял ни кувшина заморского, ни платья, золотой нитью шитого, ни меча обоюдоострого, ни серебряного кубка, ни бриллиантовой короны. Отпирал дверь за дверью семью ключами: самым большим - в первую залу, а самым маленьким, тонким, как иголочка - последнюю дверь, в каморку. Вошел в комнату, такую низкую, что пришлось на коленках ползти, раскрыл коробочку и положил на ладонь заветную монету!
В тот же миг весь дворец задрожал, будто от землетрясения. А Драголд, стремглав, пронесся через все комнаты - с драгоценностями, с оружием, с одеждами да с утварью. А там стоит принцесса, не шелохнется.
И только она подбежала она к нему, чтобы поцеловать суженого, как взревел Драголд, почернел Драголд, грянулся оземь и обратился обратно в дракона. И захохотал таким страшным драконьим смехом, что смех прокатился по всем коридорам, и тот, кто спал - проснулся, а кто не спал - в обморок упал.
Махнул дракон черным крылом и был таков.

- Теперь принцессу накажут! - Алиска явно обрадовалась.
- Телевизор на неделю запретят, - предложила Алискина мама.

Думала Квартина схорониться от папенькиного гнева, да не тут-то было.
Прибежал король в одном исподнем, в ночном колпаке. Ух, король серчал! Ух, король кричал, да так яростно, что все молоко в округе свернулось и все яйца протухли.
"Не дочь ты мне более! Я лишаю тебя права на королевский титул!"
И, в сердцах, повелел принцессе убираться вон из дворца! И чтоб без монеты не возвращаться!
И повелел придворным проследить, чтоб до рассвета принцесса покинула стены дворца.
Плакала Квартина, у ног молила отца простить ее, но он остался непреклонен.
"Раз смогла разрушить, смоги и починить" - таков был королевский приговор.
Собрала она свои пожитки, взяла хлеба в дорогу, да и ушла из дворца.

Долго скиталась Квартина по городам и весям, по дальним странам, по бескрайним дорогам. Семь морей пересекла, семь платьев порвала, семью семь хлебов съела, да так и не смогла отыскать дракона.
Спрашивала у мельника: "Пролетал у вас дракон?" "Пролетал, всю муку разворошил!" "А куда полетел дракон?" Крутит головой мельник и машет руками во все стороны света.
Спрашивает у косаря:  "Пролетал у вас дракон?" "Пролетал, все стога сжег! И кажет пальцем то ли в землю, а то ли в небо. Спрашивает у городового, отвечает городовой: "Пролетал, у полгорода крыши снес!" И руками разводит - дескать, где мне за драконами следить, меня за людьми глядеть поставили.
Обошла Квартина весь белый свет, но дракона и след простыл - исчез, будто не бывало.
Делать нечего, вернулась она в отцово королевство, и поселилась в доме у белошвейки. Во дворец носу казать не может - не разыскала принцесса ни дракона, ни монеты.
А в королевстве к тому времен дела туго пошли. Полученные от дележки монеты деньги быстро закончились, и нечем стало платить ни пекарю, ни плотнику, ни каменщику, ни мельнику, ни даже золотарю. Продал король свои сокровища, те, что хранились в тайных комнатах - помогло, да ненадолго. Обнищал народ, затянул пояса - смотришь, бунт поднимет, а другие из города разбегутся. Даже стражникам и охранникам, даже королевскому казначею - и тем заплатить нечем!

- Зарплату не дают - это по-нашему! Банкрот ваш король! - хмыкнул Алискин папа.

Вот и белошвейка закручинилась - нечем стало семью кормить. Некому шить новые рубахи, все в старых дыры латают.
С горя убежала Квартина в лес, от стыда укрываться и людской молвы прятаться: "Ах, папенька, что же я наделала! Поделом мне такой, пущай съедят меня волки и медведи!"
Забрела она в самую густую чащу и вдруг видит то самое дерево, под которым когда-то хрустальный коготь подобрала: стоит яблоня, высотою до неба и шириною в шестнадцать обхватов. Вся цветов полна, и завязей ,и зрелых, наливных яблочек. А в дереве, возле самых корней, дверца малюсенькая. Приоткрыла  Квартина дверцу: видит, домик небольшой, как настоящий! С оконцами, с трубой, а и из трубы наружу дымок вьется.
А в домике тролль живет - старый, страшный, сморщенный весь, как гриб-сморчок и крохотный, как младенец. Услыхал он принцессин плач, вышел из домика, и говорит принцессе скрипучим, как старая ветка, голосом:
- Стой, девица, хватит кручиниться, хватит слезы лить, расскажи, что у тебя стряслось!
Принцесса все и рассказала, про неразменную монету, про вероломного дракона и про то, как рыскала она по свету, да так ничего и не разыскала.
А тролль головой покачал, посмотрел на нее с испытанием и говорит:
- Горю я твоему могу помочь. Но только ты должна выполнить три моих условия, отгадать три загадки. Говоря по правде, загадок целых пять, но для начала отгадай первые три. Слушай, принцесса, меня, в оба уха.
Первая - приведешь ты меня во дворец, не пешего и не конного, не в одежде и не голым.
Второе - пусть меня представят королю в том, что бывает с крыльями.
И третье - ежели и вправду хочешь поправить беду, то заплатишь самым ценным, что у тебя осталось.
Пуще прежнего заплакала принцесса - во дворец ей дорога закрыта, как же тролля проводить - не пешего и не конного,  не в одежде и не голым, да еще и с крыльями?! И как заплатить, если не осталось у нее ничегошеньки, кроме последнего платья и золотой косы, а живет она у белошвейки из милости.
Ушла принцесса Квартина восвояси, и совсем голову повесила.

Сидит она, пригорюнившись, а белошвейка просит ее дымоход у печи поправить и вычистить - дела у нее идут совсем плохо и даже грошика заплатить трубочисту не осталось.
Полезла Квартина в трубу, а там сажи, и копоти, и смолы - видимо-невидимо, все кругом забито. Еле-еле прочистила она трубу, вся, с ног до головы стала черным-черна, и волосы ее золотые, драгоценные тоже стали черными, как вороново крыло, все перепутались и торчали клочьями.
Увидела принцесса свое отражение в бочке с водой, даже сама испугалась.
Побежала на пруд мыться, а сажа и смола никак не отходят, въелись в кожу и платье. И волосы теперь похожи на черную, склеенную смолой паклю.
Побежала принцесса обратно в дом белошвейки, схватила острый нож, размахнулась и отрезала себе косу. И в мужскую рубаху переоделась -своя-то черным-черна.
А потом схватила корзинку, подхватила с лавки белую пеленку и со всех ног побежала в лес.
- Полезай, -говорит, - тролль, в корзинку.
Запеленала принцесса тролля, и положила в корзинку - ни дать ни взять младенец, только весь сморщенный.
А сама во дворец отправилась и в ворота высокие постучалась.
И говорит грубым голосом:
- Я трубочист, на все руки мастер, не нужно ли вам трубы почисть али поправить?
Видит стражник - и вправду трубочист, сам черен, как смоль.
- А что у тебя в корзинке? - спрашивает.

- Пирожок и горшочек масла, - сладким голосом пропела Алиска.
- Черная шапочка из нее, скорее, получится. Или черный клобук. Но это уже откуда-то из другой сказки.

- А это у меня сынок, - отвечает трубочист. - Жена на ярмарку уехала, вот я с ним сегодня и мыкаюсь. Не бойтесь, он тихий.
- Уродище у тебя, а не сынок, - поморщился стражник - А ты давай, заходи, трубочист. Как раз ты-то нам сегодня и нужен! Король решил задать последний пир на весь мир, и пригласил на этот пир всех жителей города. Разожгли две печи, одна пылает, другая - нет! Смотрят -  труба от второй печи, как назло, взяла и засорилась.
- А почему ты говоришь, что пир-то последний? - поинтересовался трубочист.
- Дела у нас в королевстве так плохи - не будет больше пиров, - вздохнул стражник. - Это я по тебе секрету говорю, от королевского опочивального слышал. После пира, говорят, король решил совсем отчуждиться от власти и уйти в монастырь.
Грустно покачал головой трубочист, а стражник его тем временем на кухню привел.
Видит Квартина: в первой печи уже гусь жареный сидит, яблоками начиненный. Разрезала принцесса гуся, достала из него яблоки и шепчет троллю: "Полезай скорее в гуся!". А сама полезла от второй печи трубу чистить.

Вот начался пир на весь мир - гуляй, город, ешь, пей, в последний раз! Бражка лилась, мясо томилось на  вертелах, за столами весь город сидела - поближе знатные люди, а подальше, на лавках - простолюдины.
И трубочист наш тоже посреди простого люда пристроился - ел и пил, и слушал, о чем народ гутарит.
Вот вынесли гуся, и торжественно подали королю. Встал король и поднял чарку, чтобы сказать свои последние королевские слова.
А тем временем прислужники решили разрезать гуся, чтобы королю было чем закусить. Только занесли над гусем нож, как выпрыгнул из него маленький тролль, встал посередине стола и говорит громко, будто в церкви с амвона:
- Слушай, король, и слушайте все гости! Много-много веков назад жил в этих краях один алхимик. Он, как и все алхимики, пытался превратить свинец в золото. В этом деле он не преуспел, правда, говорят, ему удалось сделать обратное - превратить золото в свинец. Но не все золото превратилось в свинец - осталась маленькая толика. И из этого особенного, упрямого золота, не пожелавшего превращаться в свинец, он отлил монету - золотую кварту. Монета оказалась особенной, но об этой ее особенности горе-алхимик он так и не узнал - мимо его окна пролетал дракон, увидел на столе новую, блестящую монету, хвать ее - и след простыл. Такие они драконы, как сороки-воровки, охочие до золота и всего блестящего.
С тех пор монета стала принадлежать драконам. Много поколений драконов сменилось и берегли они монету, как зеницу ока, пока один дракон, самый младший и самый рассеянный, не потерял монету, пролетая над лесом в округе замка. Там и нашел ее твой прародитель, король. И он-то и обнаружил, что монета, получается, волшебная - неразменная!
Сотни лет драконы искали монету - хотели вернуть ее в свою сокровещницу. Для них монета была чем-то вроде талисмана - из самого золотого, чистого, и упорного в своей сущности золота, какое только может быть.
Дальнейший рассказ вы знаете - о том, как дракон Драголд обманом и воровством заполучил монету обратно.
Мой совет вам - послушайте старого тролля, не ищите дракона и не горюйте о монете. Ибо, не нашлось еще рыцаря, сумевшего побороть дракона обманом или силой.
А сделайте вот что - ты, пекарь, возьми и из последней муки напеки побольше хлеба. Сам ешь и остальным давай, а остатки продай на большой ярмарке, той, что для всех соседних земель.
Ты, кожевенник, нашей сапог из всей кожи, какая осталась, сам носи и другим сподоби, а остатки продай в соседнее королевство.
И ты, швея, из всех тканей нашей платья, сама носи и другим давай, а остатки продай на ярмарке.
И ты, мужик, высей пшеницы, не на весь город, а дважды столько, половину в город отдай, а остатки продай на ярмарке.
А ты, король, сажай виноградник, сам вина не пей, а все продай на ярмарке.
А что делать с вырученным серебром и золотом, вы и сами знаете, этому я вас учить не должен. Но только у пекаря должно хватать муки, у кожевенника - кожи для выделки, а у швеи - тканей на платья. И у всех должно хватать хлеба.

- Раньше у них город на дотациях сидел, а теперь что же - коммуна какая-то?! Что-то мне этот тролль кого-то напоминает...- Алискин папа снова тут, как тут.
- А вот представь, что у них налички в городе совсем не осталось. Денег в банке. Что делать прикажешь?
Я что ему, за сказку еще должна отвечать!?

Удивился король, ничего не сказал, сел обратно на лавку и призадумался. А потом посадил тролля с собой рядышком и назначил советником.

- А про принцессу совсем забыли? Эту Картину!? - Алискин голосок.
- Вот как раз дальше про принцессу, слушай.

Тут вскочила принцесса, и, как есть, черным черна, в мужском платье, подбежала к троллю, страшному и сморщенному, обняла его и поцеловала его в самые губы.
А тролль ударился о землю и превратился в самого прекрасного юного принца, какого только можно было представить.
А вокруг Квартины вдруг закружилась вихрем стая черных дроздов, а когда дрозды улетели, все увидели, что стоит она, белым-бела, в белом подвенечном платье, и коса золотая до пояса, как прежде.
- О, прекрасная принцесса! Ты сняла с меня тяжкие чары! - вскричал юный принц. - Много лет назад заколдовала меня старая ведьма и сказала, что я обрету обратно человеческий облик только тогда, когда поцелует меня девица в облике мужчины, и белая лебедь превратится в черного ворона. Это две оставшиеся загадки, а три первых исполнились, как по написанному.

Засмеялась принцесса Квартина, засмеялся юный принц, и король, глядя, на них, тоже начал смеяться.
Встретились глазами принц и принцесса, и немедленно полюбили друг друга.
Тут же, на пиру, и свадьбу сыграли. И всем по чарке с медом раздали.

- А гуся этого съели? - у Алиски глаза совсем уже закрыты.
- Съели, съели. Прямо так, холодного, он остыть уже успел. Давай спи, поздно уже.
Тушу свет.
Tags: Глупости, Креатифф, Разминка пальцев
Subscribe

  • Не палкой и не пальцем!

    Завтра я вырвусь на свободу. Завтра я улечу туда, куда даже не мечтала, а точнее, старалась не мечтать. На целых две недели. В одиночку (а точнее, с…

  • Неаполь, день 1, 09.06

    На следующий день мы с напарницей по квартире бежали утром к археологическому музею, где встречались с группой. Она показала мне лифт. Эта такая…

  • Неаполь, встреча (8.06 - вечер)

    Неаполь встретил меня по-итальянски. Время течет, все течет и меняется, позади великая история, впереди великое будущее, и поэтому зыбкая текущая…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 15 comments

  • Не палкой и не пальцем!

    Завтра я вырвусь на свободу. Завтра я улечу туда, куда даже не мечтала, а точнее, старалась не мечтать. На целых две недели. В одиночку (а точнее, с…

  • Неаполь, день 1, 09.06

    На следующий день мы с напарницей по квартире бежали утром к археологическому музею, где встречались с группой. Она показала мне лифт. Эта такая…

  • Неаполь, встреча (8.06 - вечер)

    Неаполь встретил меня по-итальянски. Время течет, все течет и меняется, позади великая история, впереди великое будущее, и поэтому зыбкая текущая…