?

Log in

Короче, все инструменты можно поделить на бандуры, хреновины и фиговины.
Бандура - это крупный, массивный инструмент. На него можно класть, в него можно засовывать, им можно прессовать.
Хреновина - это инструмент среднего размера и любой степени сложности. Им хреначат. Им можно также фигачить, но хреначить эффективнее с точки зрения получаемого расхреначенного результата.
Фиговина - это небольшой инструмент для более тонкой, замысловатой и даже филигранной работы. Им ковыряются. Им можно также фигачить, но не обязательно. У него может быть одна Самая Главная Кнопка или много кнопок. Крупный корпус превращает фиговину в хреновину независимо от количества кнопок. Начиная с определенных пространственных размеров и веса брутто она определяется уже как бандура.

Разумеется, не каждая бандура, фиговина и хреновина являются инструментами. Некоторые из них для красоты и вообще просто так.

Это мы вот тут обсуждаем :)

Нью-Йорк, день второй

Продолжаю отчитываться. Скорее, даже для самой себя - чтобы утвердить все это в памяти в случившемся порядке.

Иллюстрации ...пожалуй, к этому посту.
День второй, мы разведываем утреннюю дорогу к метро. Утренняя дорога, в отличие от вечерней, идет мимо гарлемских херувимов, магазина с кокосовым мороженым с толстой негритянкой на этикетке и общественного огорода с огурцами.
Вечерняя дорога идет вдоль мрачного бетонного здания без окон-без дверей и с надписью "Детский сад. Под руководством дипломированных специалистов." Рядом с детским садиком постоянно дежурит полицейская машина.
IMG_20160827_092733

Read more...Collapse )

Постотпускное

Когда один день похож на другой, как две капли воды, возникает чувство, что все это - спектакль по скучному, небрежному и не тобой написанному сценарию.
Сценарист явно не хотел тебя обидеть, за что ему искреннее спасибо, но круг замкнут, и небольшие отклонения только подтверждают его замкнутость, а люди вокруг - статисты, роботы, фунционалы, их действия и реакции неизменны и прописаны сценаристом раз и навсегда.
Они честно ходят по улицам; честно стоят вместе со мной в одной и той же пробке, возникающей каждый день в одном и том же месте безо всякой причины; честно распределены по всем прикладным точкам нехитрого сценария.
И когда внутри этого добропорядочного мира сурка вдруг возникают помехи, движения, перемены - я радуюсь. Потому что они наверняка не заложены в сценарии. Или, по крайней мере, не все.
Как та тонкая, как статуэтка-балерина, девушка в туфлях-лодочках, внезапно, на спринтерской скорости, высоко задирая колени, бегущая через всю улицу.
Или те чудики вдвоем на одном велосипеде, пираты-террористы с банданами-арафатовками, несущиеся с гиканьем по благопристойному дипломатическому району.
Или тот парень, тоже на велосипеде, с длиннющей доской для серфинга подмышкой, а ведь на воде он будет держать теперь уже велосипед подмышкой.
Или реклама нового средства против вшей, по радио - бодрым, востроженным женским голосом: "Давайте пошлем всех вшей в райский сад!"
Люди, креативщики вы мои, как я вас люблю. Вот честно люблю - именно за такое. За то, что я потом полдня представляла райскую свиту и райскую паству всю в почесушках. Выслать им этого средства, что ли? Только ведь не сработает - поезд дальше не идет, это и так конечная станция портала.
Относится ли "не убий" к отношениям со вшами, вот в чем вопрос.

Иллюстрации к этому посту.

Сначала была вот такая консервная банка поезда. Видите, люди внутри зелененькие, как огурцы?
IMG_20160823_102925


Read more...Collapse )

Так зреют облака

А вообще-то мы вчера мы с Томасом ходили навещать птичьи болота. Зря ходили - болота обнесли непроходимым забором, видать, будут благоустраивать. Ужасно жаль. Дотопали до них уже в темноте, с фонариками. Забор шел сплошняком, но в одном месте был поставлен довольно высоко, так, что под ним на животе мог пролезть один тощий ребенок и одна мелкая я. Разумеется, мы перелезли, заборы вообще предназначены для того, чтобы через них перелезать.
Болота за лето довольно здорово подсохли и развели вокруг себя тонны паутины и мошкары. Невидимые птицы по-прежнему вскрикивают и ахают, и перерезают черной тенью почти черное небо.
"Здесь есть шакалы," - сказал Томас.
"Наверное, есть, но их пока не слышно," - спокойно отозвалась я.
И, словно в ответ на наши слова, совсем рядом, в каких-нибудь тридцати метрах, завыла невидимая многоголосая стая. Ей вторила другая, чуть подальше. И третья, уже поближе. Мы оказались в кольце шакальих стай - пять хоров перекрикивались с разных концов болот, ближе-дальше.
"Шакалы не нападают на людей," - я старалась придать голосу уверенность. - "И вообще, у нас есть фонарики".
На Томаса увещевание не подействовало, и он стал быстро пятиться к подзаборной дырке.
То ли шакалы следовали за нами, то ли передавали сотоварищам, но метрах в пятнадцати от нас, меж апельсиновых рядов, поблескивали парные глазки.
Томас поднял камень.
Я подумала и тоже подняла камень.
Так мы и шли, как дураки, с камнями и фонариками.
А шакалы все равно не нападают на людей. Я предпочитаю так думать.

А фотка называется - "Так зреют облака".
Так зреют облака
Иллюстрации к этому посту.
Строго говоря, я и не знала, что в этот день, 22 августа, у него был день рождения. Так вышло, так совпало само, я не виновата.
И да, он абсолютно всамделишный - городок Waukegan, Уайкеган (а точнее, УайкИган, с ударением на -и-) - Гринтаун из "Вина из одуванчиков".
Маленький городской парк теперь носит имя Брэдбери, а в парке - тот самый, настоящий овраг.
Ray Bradbury Park

Read more...Collapse )

Джет-лег

У меня какой-то затянувшийся джет-лег. Слишком длинная "нога самолета". И эту ногу самолета я зачем-то всю неделю таскаю за собой. Нога ощутимо тяжела, и поэтому я в девять вечера засыпаю сидя, едва присевши на диван, в двенадцать просыпаюсь, обнаружив себя таки лежа все на том же диване, и потом толкаюсь полночи в положении полузомби: башка не варит, но спать уже не хочется.
Поэтому фотки пока не разобрала, но, надеюсь, вот сейчас, на выходных...

У всех в журналах осень. Сквозь буквы веет прохладой, и сыростью, и мягким пасмурным сумраком, приятным для глаз после слишком яркого лета, и желтым листом, и красной травой, и сладкими холодными порывами ветра.

А у нас догорает лето. На градуснике те же неизменные тридцать, и ночью не нужны одеяла, коллега купил дочери новые сандалии, а я складываю детские шортики в шкафу на самое видное место.
Желтого нет в помине; наш цвет осени - песочный, бурый, пыльно-зеленый, стружечный, цвет усталой травы и сухого листа. Кактусы стоят тощие, бумажные, сморщенные, согбенные - сами небритые старики.
И среди всего этого царства увядания - непозволительно розовая, юная бугенвилия, как инфанта посреди королей из старой, рассыпающейся книги.

В сообществе на прошлой неделе было задание - понаблюдать за людьми, улавливать сцены, которые можно потом утащить в креатив.
А я не вижу людей. Я не хожу по улицам. Я надеваю неизменное платье-Тардис, и качусь на своих четырех колесах, и вижу вокруг исключительно представителей своего четырехколесного вида. А креативы пишутся все-таки про хомо сапиенс, а не про хомо омнибус. Я же наблюдаю колесатых - что показывают, то и смотрю. Вот один везет целое огромное дерево франжипани - с корнями и цветами. Его везут, а оно цветет - щедро, белыми цветами. Великанский невестин букет на платформе грузовика.
А вот у тягача подвешена сзади подкова. Настоящая ржавая подкова. Интересно, где он ее раздобыл? И как ему теперь ездить подкованному - есть ли разница?

Людей не видно, одни машины. Хотя нет, неправда, а это кто? Рядом со Шфаим, на поле странных природных скульптур, на фоне дерева, закрученного узлом, две фигуры: одна - в белом платье, а лицо выкрашено сажей, другая - в готичном черном, и лицо по-клоунски белое. Кривятся, застыли - я ищу глазами фотографа и не нахожу - эти две девушки со своей пантомимой - для нас, проезжающих, смотрящих из прилегающих к телу четырехколесных костюмов. Символические люди для символических людей.

А вокруг догорает лето. Вероятно, ему нужно сгореть дотла, умереть, как фениксу, превратиться в камень и рассыпаться в прах, чтобы возродиться снова.
Через месяц, может быть, придет дождь и тогда резко, за одну ночь, настанет осень.
Скорей бы уже переключили эту ручку.

Рассказ по картинке

У меня послеотпускная болезнь: на работе ничего не работает, в голове джет-лег, и нужно срочно записываться ко всем врачам сразу.
А я лечусь текстами - чем еще может лечиться провинциальный графоман? Вот, забежала в сообщество и сделала за 10 минут задание - написала рассказ по картинке.
Вот картинко:

А вот задание:
Эмоционально насыщенно, апеллируя ко всем видам чувственного восприятия, описать следующий интерьер, увиденный глазами любого вашего героя.

Главгерой - это я, я, Я!
Ну, и текстег:
Read more...Collapse )
Последний день в Чикаго был сумасшедшим, как ему и полагается быть; мы бродили по супермаркету, где продаются телевизоры размером в дом, и плюшевые мишки величиной с Кинг-Конга, и Стандартные Американские Яблоки, идеально ровно ложащиеся в пазы пластиковых коробочек, и живые устрицы, и скелеты в натуральную величину - такой скелет каждый может держать у себя в шкафу.
Заказанная по интернету прогулка на средневековом парусном корабле отменилась - из средневековья с голубем прислали мейл, что там-де, у них сильный ветер, и паруса никак не выдержат. А я подумала, что ненасытные мы все же перебрали с количеством отпущенных нам чудес, и тогда мы пошли гулять в парк, где лечат раненых зверей - там был маленький скунс, которого кормили кукурузой и морковкой, и койот, лающий и прыгающий по-собачьи - его и кормили собачьими бурбочками. Там были гордые совы, которых кормили тушками перепелок, а совы сидели на насестах, не шелохнувшись, потому что им, как мусульманам в Рамадан, полагается есть только ночью. Был огромный американский орел в длинных мохнатых штанишках, он напомнил мне наш однокрылый артезианский колодец и голубя-мемориал 9/11 в Нью-Йорке - одно крыло распростерто, а другое точно так же срезано. Был другой орел, крапчатый, которому бросали перепелку, и он ловил ее на лету.
Была белка, которая долго сидела с орехом в зубах, думая, не поделиться с нами, а потом придумала еще лучше: залезла на дерево и стала сбрасывать орехи прямо к нам под ноги.
А вечером ходили слушать джаз, я заказала коктейль с абсентом, но абсент никак на меня не действовал, правда, на обратном пути обнаружилась стена Шагала и банкомат, круглосуточно продающий свежие капкейки. Мы выбрали на экране пирожное с мягким лимонным безе, и утром оказалась, что оно нам вовсе не приснилось.
Утром белок не было - они не захотели нас провожать.
А у Макса на дорогу просыпалась нумизматическая банка с мелкими монетками, и мы все вместе их подбирали. Это все точно что-то означает, только не знаю, что.

Profile

holmes
jacklinka
Жаклинка

Latest Month

September 2016
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Kenn Wislander